Почему Рахмон так спешит стать «пятикратным президентом» | статьи на game-ip

Досрочные выборы в Таджикистане порождают вопросы: не опасается ли глава республики за свой трон, и что может угрожать его власти.

Возникают ассоциации с ситуацией в Белоруссии, но вряд ли среднеазиатская республика также «беременна революцией».

Выборы президента Таджикистана должны были состояться в ноябре этого года, но тут власти взяли да и огорошили население, назначив их на 11 октября. «Какая глупость, что решает месяц?!» — говорят в народе. И ошибаются. Это не глупость, а дальновидность благодушного, на первый взгляд, президента РТ Эмомали Рахмона.

Нет, его власти ничего не угрожает — президентом он «сидит» уже четыре срока и может баллотироваться неограниченное количество раз. Реальных конкурентов на выборах у него нет, поскольку единственной политической силой, способной, со временем, наступить ему на пятки, была Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ, признанная экстремистской и террористической в РФ и ряде других стран), но ее запретили пять лет назад. Соответственно, никто от нее баллотироваться не может. Так в чем же дело? Почему Рахмон, по утверждению главы Социал-демократической партии республики Рахматилло Зойирова, поддержал незаконную «инициативу» обеих палат местного парламента, то есть нарушил избирательное законодательство?

Таджикистан, вошедший в десятку самых бедных стран мира, переживает сейчас особо трудные времена. Еще более тяжелое времечко наступит к зиме, когда населению понадобится больше электроэнергии, чем в теплое время года и, конечно, хоть какое-то отопление. Но уже сейчас в ряде регионов действуют лимиты на пользование электричеством, и пока ситуация в этом плане не зашла слишком далеко и не охватила весь Таджикистан, надо поспешить и обойтись без хоть и не массовых, но все же протестных выступлений населения.

Второй момент. Надо поспешить еще и потому, что значительная часть населения республики живет за счет мигрантов, работающих в России, а они, по понятным причинам, стали присылать гораздо меньше денег, а то и вовсе возвращаются домой. Но трудоустроиться здесь не могут — безработица вопиющая. То есть пока у людей еще остается какая-то монета в кармане, есть надежда вернуться в Россию на заработки, и они относительно спокойны, уровень лояльности к действующей власти падает плавно, а к зиме он вполне может рухнуть.

Рахмон без устали ездит по Таджикистану, в то время как предвыборная кампания для его «конкурентов» еще не началась (гениальная вещь этот административный ресурс!), и усиленно изображает «своего парня», посещает дома жителей страны, перекусывает с ними и ведет «доверительные» и «задушевные» беседы. В общем, президент, официально именуемый «Основателем мира и единства — Лидером нации», простым людом не брезгует; охотно вешает ему «лапшу на уши», рассказывая, как здорово живут таджики, а скоро будут жить еще лучше — с 1 сентября им повысят зарплаты и пенсии аж на 10-15%! Интересно только, из каких средств в условиях острого бюджетного дефицита.

Строго говоря, пиар-кампания Рахмона довольно бессмысленна, поскольку выборы он выиграет в любом случае — другое дело, насколько высокой будет протестная волна после них. Разумеется, она не достигнет уровня украинской или белорусской, но, все же, создавать даже значительно более слабый прецедент опасно: а вдруг!

Есть еще один момент: Рахмон, и об этом давно уже говорят в Таджикистане, готовит в преемники своего сына, Рустама Эмомали. Под него даже было изменено местное законодательство — молодой человек по возрасту не дотягивал до председательства Национальным советом — верхней палатой Высшего собрания (парламента). Но все в руках Рахмона: возрастной ценз был понижен с 35 до 30 лет, и чадо стало вторым лицом в республике. Так что если папа по каким-то причинам не сможет выполнять президентских обязанностей, они, по конституции, автоматически перейдут к сыну.
 
Еще один возможный сценарий развития событий: Эмомали Рахмон может снять свою кандидатуру в пользу сына, и сейчас ведет избирательную кампанию вместо него, поскольку отпрыск — человек не общительный, он не столь колоритный, как родитель, и забалтывать людей не привыкший. Но если такой план существует, это не означает, что Эмомали Рахмон отойдет от дел — напротив, он будет управлять государством «из тени». На постсоветском пространстве такая практика апробирована не единожды. Хотя, несмотря на слухи о нездоровье Эмомали Рахмона, «основатель мира и единства» выглядит вполне цветущим, и еще лет семь (а именно такова продолжительность  одного президентского срока в РТ) может порулить.

Тем более, что он устраивает не только таджикские элиты, но и, что важно, президентов государств Центральной Азии, поскольку не выбивается, по сути, из их восточного стиля руководства — несхожесть совсем легкая и внешняя. Так что даже если в Таджикистане начнутся «брожения», то только с самых низов и на социально-экономической почве, а элиты республики их не поддержат. Они не особо враждуют между собой, финансовые потоки в стране строго распределены и не выходят из «русла», и их передел верхи не устроит. Равно как и уход их гаранта Эмомали Рахмона. А дееспособной политической оппозиции, как уже было сказано выше, в республике нет — она давно и аккуратно «зачищена». Но, разумеется, формальные конкуренты на выборах у действующего главы государства будут. При этом меньше 80% голосов избирателей он не наберет — «неприлично».
 
Вообще же, если закрыть глаза на бедность в Таджикистане, авторитарное правление (однако гораздо более мягкое и вменяемое, чем в Туркмении) и, разумеется, коррупцию, Эмомали Шарипович оказался не самым дурным президентом для той части света, в которой он правит. По крайней мере, ему удалось остановить гражданскую войну в Таджикистане, начавшуюся после распада СССР и длившуюся вплоть до 1997 года. За это время ущерб, нанесенный республике, составил 10 млрд долларов. Во время войны страна фактически была разделена на две части, что особенно опасно из-за ее соседства с Афганистаном. По оценкам ООН, в самом начале войны 1 млн жителей страны стали вынужденными переселенцами, более 200 тыс. — беженцами, в том числе около 60 тыс.  человек перешли границу Афганистана.
 
Решил Рахмон, если не полностью, но в значительной степени, и проблему обеспечения населения питьевой водой. И хоть страна, помимо гидроресурсов, богата серебром, золотом, ураном, драгоценными камнями и другими полезными ископаемыми, ее потенциал не задействован, и народ — нищ. Вот этой проблемы он не решил.
 
Понятно, что слово «демократия» сильно режет слух Рахмона, а ее «раскрутки»  он просто боится — как и любой авторитарный правитель. Запад, как видится, не рискует навязывать Душанбе свои «ценности» — таджики, в массе своей, к ним явно не готовы. Внешняя политика Таджикистана умеренная, ориентирована на содействие региональной безопасности и собственного суверенитета. Так что неудивительно членство РТ в ОДКБ и ШОС, и наличие на территории республики российских военных баз. 
 
Словом, несмотря на то, что Эмомали Рахмон — безальтернативный кандидат на президентских выборах 2020 года, некоторая его нервозность (если не страх) все же видны. В противном случае он бы не перенес выборы на месяц раньше положенного срока, хоть «рулить» Таджикистаном гарантировано будет либо Эмомали Шарипович, либо он же через Рустама Эмомали.
 
Ирина Джорбенадзе 

Источник: rosbalt.ru

Добавить комментарий