Я был в Ливане репортером во время кедровой революции весной 2005 года. Половина стен Бейрута была еще в дырах от гражданской войны, которая длилась 15 лет и с конца которой прошло еще 15. И было много просто руин, окна моей гостиницы в центре выходили на военные развалины. Посреди этого стоял заново отстроенный магнатом Рафиком Харири колониальный исторический центр, идеальный муляж благополучного прошлого. Наверное, это был самый сильный взрыв в Ливане до нынешнего. Взлетела часть улицы, обрушились и пострадали несколько соседних зданий.

Рафика Харири тогда взорвали, недовольные обвинили сирийские спецслужбы, и началась революция одновременно против собственной власти и против Сирии. Молодые участники на площади тогда сравнивали ее первым Майданом — за свободу и против сильного соседа. Сирийская армия после гражданской войны стояла много где в Ливане, она была одной из сил, которая сначала помогла ее разжечь, а потом остановить. Харири был одним из ключевых посредников на мирных переговорах сторон.

Дамаск многое решал в ливанской политике, чуть ли не согласовывал кандидатуры президента и премьера. Вообще в сирийской картине мира Ливан — часть исторической Сирии, которую отрезали и сделали отдельным государством. Собравшимся на площадях казалось, что стоит избавиться от сирийского влияния и начнется новая, свободная, светлая, современная и полная достоинства жизнь.

Власть тогда удалось сменить, и Сирию выставить из Ливана. Премьером стал сын взорванного Харири. Мало кто мог представить себе в наступившей эпохе свободы нелепый взрыв, который разнесет полгорода и обанкротит страну, которая уже накануне приближалась к финансовому банкротству и жила насыщенной жизнью, состоявшей из досрочных выборов, протестов, новых и новых коалиций, обвинений в коррупции, столкновениями с Израилем и попытками принять сирийских беженцев так, чтобы не впустить с ними к себе теперь уже сирийскую гражданскую войну.

Есть страны, где слишком много экономики и мало политики, Сингапур выглядит приложением к собственному финансовому сектору, Китай до недавнего времени — к собственному производству. Есть страны, где слишком много политики и мало экономики — это конечно Ливан, Украина, Грузия. Это редко кончается хорошо. Есть страны, где недостаточно экономики и политики — это, например, современная Россия. Есть счастливые страны, которые умеют совмещать много экономики и много политики — к этому надо стремиться.

Но будет ли у вас нелепый взрыв в порту, определяется качеством человеческого капитала и качеством управления, которое очень прихотливо распределено по всем четырем категориям, но, судя по всему, сильный перевес политики над экономикой ему не способствует, как и низкий уровень обоих.

Александр Баунов, журналист

Источник: rosbalt.ru